Неточные совпадения
И тогда-то, милостивый
государь, тогда я, тоже вдовец, и от первой жены четырнадцатилетнюю дочь имея,
руку свою предложил, ибо не мог смотреть на такое страдание.
Он только было вывел: «Милостивый
государь» медленно, криво, дрожащей
рукой и с такою осторожностью, как будто делал какое-нибудь опасное дело, как к нему явилась жена.
Анализуя свое чувство и сравнивая его с прежними, она ясно видела, что не была бы влюблена в Комисарова, если б он не спас жизни
Государя, не была бы влюблена в Ристич-Куджицкого, если бы не было Славянского вопроса, но что Каренина она любила за него самого, за его высокую непонятую душу, за милый для нее тонкий звук его голоса с его протяжными интонациями, за его усталый взгляд, за его характер и мягкие белые
руки с напухшими жилами.
— При входе в царский павильон
государя встретили гридни, знаете — эдакие русские лепообразные отроки в белых кафтанах с серебром, в белых, высоких шапках, с секирами в
руках; говорят, — это древний литератор Дмитрий Григорович придумал их.
Справедливый
государь Александр Благословенный разоблачил его притворство, сослал в Сибирь, а в поношение ему велел изобразить его полуголым, в рубище, с протянутой
рукой и поставить памятник перед театром, — не притворяйся, шельма!
— Что же это… какой же это человек? — шепотом спросил жандарм, ложась грудью на стол и сцепив пальцы
рук. — Действительно — с крестами, с портретами
государя вел народ, да? Личность? Сила?
Стародум. А! Сколь великой душе надобно быть в
государе, чтоб стать на стезю истины и никогда с нее не совращаться! Сколько сетей расставлено к уловлению души человека, имеющего в
руках своих судьбу себе подобных! И во-первых, толпа скаредных льстецов…
Скотинин. Смотри ж, не отпирайся, чтоб я в сердцах с одного разу не вышиб из тебя духу. Тут уж
руки не подставишь. Мой грех. Виноват Богу и
государю. Смотри, не клепли ж и на себя, чтоб напрасных побой не принять.
Вы, князья буй Рюрик и Давид!
Смолкли ваши воинские громы.
А не ваши ль плавали в крови
Золотом покрытые шеломы?
И не ваши ль храбрые полки
Рыкают, как туры, умирая
От каленой сабли, от
рукиРатника неведомого края?
Встаньте,
государи, в злат стремень
За обиду в этот черный день,
За Русскую землю,
За Игоревы раны —
Удалого сына Святославича!
— Вытребеньки! — воскликнул строгий допросчик. — Позвольте, милостивый
государь, позвольте! — говорил он, подступая к нему и размахивая
руками, как будто бы кто-нибудь его не допускал или он продирался сквозь толпу, и, приблизившись, принял Ивана Федоровича в объятия и облобызал сначала в правую, потом в левую и потом снова в правую щеку. Ивану Федоровичу очень понравилось это лобызание, потому что губы его приняли большие щеки незнакомца за мягкие подушки.
Верите ли, милостивый
государь, что у него были арбузы, — произнес он с таинственным видом, расставляя
руки, как будто бы хотел обхватить толстое дерево, — ей-богу, вот какие!
Проходили два мужика, заглянули, похвалили; проходил чиновник, заглянул, не похвалил, но сладко улыбнулся; проезжали экипажи, — из них не заглядывали: не было видно, что лежит в канаве; постоял Лопухов, опять взял некоего, не в охапку, а за
руку, поднял, вывел на шоссе, и говорит: «Ах, милостивый
государь, как это вы изволили оступиться?
Сначала ему было трудно читать, потом, одушевляясь более и более, он громко и живо дочитал поэму до конца. В местах особенно резких
государь делал знак
рукой министру. Министр закрывал глаза от ужаса.
— Я должен повиноваться, — отвечал Полежаев.
Государь подошел к нему, положил
руку на плечо и, сказав...
Вслед за тем явился сам
государь в Москву. Он был недоволен следствием над нами, которое только началось, был недоволен, что нас оставили в
руках явной полиции, был недоволен, что не нашли зажигателей, словом, был недоволен всем и всеми.
Полежаева позвали в кабинет.
Государь стоял, опершись на бюро, и говорил с Ливеном. Он бросил на взошедшего испытующий и злой взгляд, в
руке у него была тетрадь.
И поплыл тут белый царь по Волге реке, поплыл
государь по Воложке на камешке, в левой
руке держит ведро русской земли, а правой кидает ту землю по берегу…
— Изволь, государь-батюшка, скушать все до капельки, не моги, свет-родитель, оставлять в горшке ни малого зернышка. Кушай, докушивай, а ежель не докушаешь, так бабка-повитуха с
руками да с ногтями. Не доешь — глаза выдеру. Не захочешь докушать, моего приказа послушать —
рукам волю дам. Старый отецкий устав не смей нарушать — исстари так дедами-прадедами уложено и нáвеки ими установлено. Кушай же, свет-родитель, докушивай, чтоб дно было наголо, а в горшке не осталось крошек и мышонку поскресть.
И он настоял на своем. Неизвестно, как сошла ему с
рук эта самодурская выходка. Впрочем, вся Москва любила свое училище, а Епишка, говорят, был в милости у
государя Александра II.
А Платов на эти слова в ту же минуту опустил правую
руку в свои большие шаровары и тащит оттуда ружейную отвертку. Англичане говорят: «Это не отворяется», а он, внимания не обращая, ну замок ковырять. Повернул раз, повернул два — замок и вынулся. Платов показывает
государю собачку, а там на самом сугибе сделана русская надпись: «Иван Москвин во граде Туле».
А англичане, видя между
государя такую перемолвку, сейчас подвели его к самому Аболону полведерскому и берут у того из одной
руки Мортимерово ружье, а из другой пистолю.
— Только прошу не думать о Любонькиной
руке, пока не получите места. После всего советую,
государь мой, быть осторожным: я буду иметь за вами глаза да и глаза. Вам почти и оставаться-то у меня в доме неловко. Навязали и мы себе заботу с этой Любонькой!
— Вы думаете или нет, но это необходимо заранее иметь в виду, потому что когда это случится, так поздно поправлять. Вы знаете, как нынешний
государь строго на это смотрит, — он на ходатайствах об усыновлении пишет своей
рукой: «На беззаконие нет закона».
— Дела! — разводил
руками слушатель. — Верить не хочется, чтобы такой низкой души человек на такую высоту взобрался, и ангел-то наш
государь другом его считает.
«Сколько можно сделать общего добра всему народу, влияя на человека, в
руки которого доверием
государя вручена судьба этого народа, — продолжала мечтать она далее, — я буду мать сирот, защитница обиженных и угнетенных, мое имя будут благословлять во всей России, оно попадет в историю, и не умрет в народных преданиях, окруженное ореолом любви и уважения».
По подписании манифеста и положении подлинника в Успенском соборе, списки, с него написанные, как и подлинник
рукою князя А. Н. Голицына, были посланы и оставлены в означенные в нем места, с собственноручными надписями
государя, подобными той, которая была на конверте с подлинником.
Когда в следующем 1796 году великий князь Павел Петрович, сделавшись уже императором, подарил возведенному им в баронское, а затем графское достоинство и осыпанному другими милостями Аракчееву село Грузино с 2500 душами крестьян, Алексей Андреевич переехал туда на жительство вместе с Настасьей Федоровной и последняя сделалась в нем полновластной хозяйкой, пользуясь неограниченным доверием имевшего мало свободного времени, вследствие порученных ему государственных дел, всесильного графа, правой
руки молодого
государя, занятого в то время коренными и быстрыми преобразованиями в русской армии.
Государь движением
руки подозвал к окну графа Аракчеева, продолжавшего насупившись стоять у камина.
Вскоре после его удаления
государь Николай Павлович отправил к нему Петра Андреевича Клейнмихеля с требованием возвратить все бумаги, писанные
рукою покойного императора Александра I.
— C'est fini, Monseigneur, courage maintenant, donnez l'exemple! [Все кончено,
государь, мужайтесь теперь, подавайте пример!] — сказал граф и повел его под
руку.
— Кровожадные злодеи! — сказал им
государь. — Еще не успели умыть
рук ваших от невинной крови и дерзаете предстать ко мне. Знаю все ваши дерзкие замыслы. Кого вы убили? Начальников, Богом и мною поставленных!..
— Приезжай нынче вечером… — подал ему
государь руку.
Они подали друг другу
руки и рядом вошли в павильон. Беседа их длилась около двух часов. Свиты обоих
государей остались на плоту и знакомились, пока не были призваны
государями и отрекомендованы.
Государь удивленно вскинул свои чудные глаза на говорившего, оставил одну из польских дам, с которой до этого времени разговаривал, взял флигель-адъютанта под
руку и отошел с ним в отдаленный угол залы, на ходу движением
руки подозвав к себе графа Аракчеева.
— Мы знаем,
государь, что происходит в городе; но мы старые раненые воины и покуда живы, вас не коснется
рука изменников! — припоминает Василий Васильевич слова этих доблестных сынов отечества.
17 июля 1812 года в Свенцянах
государь вновь просил его взять военное ведомство в свое управление, но граф отклонил это, хотя в течение всей войны, как тайная переписка, так все секретные донесения и высочайшие повеления шли через его
руки.
Оба
государя вступили на барки и отплыли от берега одновременно. Наполеон стоял впереди своих сановников: Мюрата, Бертье, Дюрока и Коленкура, в мундире старой гвардии, с лентой Почетного Легиона через плечо и в известной всему миру шляпе, скрестив
руки на груди, как его и тогда уже изображали на картинках. Барки причалили к плоту одновременно, но Наполеон успел раньше взойти на паром и сделать несколько шагов навстречу Александру.
— Вы убили своих начальников, Богом и мною над вами поставленных, то все равно, что вы подняли
руку на меня. Удары, которые вы им наносили, —
государь указал на свою грудь, — вы нанесли мне. Я поставил их начальниками над вами, а меня поставил Бог. Я отвечаю за вас Богу, а они отвечают мне! Хорошо вы чувствовали благодарность за попечения и милости покойного брата моего. Но, по крайней мере, имеете ли вы в совести вашей полное раскаяние в совершенном вами преступлении?
С другой стороны, она столько слышала о графе Аракчееве, о его служебной карьере, о быстром возвышении из простого артиллерийского офицера до друга и правой
руки двух
государей, что стала невольно сопоставлять его имя с понятием о великом историческом деятеле.
Алексей Андреевич решил тотчас ехать к
государю. Он встал из-за стола и уже протянул
руку к звонку, как вдруг опустил
руку, сел за стол и задумался.
— Нет, ваше превосходительство, этого не говорите, — расхрабрился новоиспеченный полковник, — какой уж тут правильно. Всем известно, что граф Алексей Андреевич царскою милостью не в пример взыскан, а ведь того не по заслугам быть бы не могло, значит, есть за что, коли батюшка
государь его другом и правою
рукой считает, и не от себя он милости и награды раздает, от государева имени… Не он жалует, а
государь…
— Простили его потом, когда
государь проезжал по здешней губернии; ну, и с ним Вилье [Вилье, точнее, Виллие Яков Васильевич (1765—1854) — лейб-хирург и президент Медико-хирургической академии.] всегда ездил, по левую
руку в коляске с ним сидел…
Милостивый
государь! вы, кажется, забыли, где вы находитесь? (Вырывает из
рук его просьбу и отдает ее Разбитному.) Извольте, сударь, идти! (Пафнутьев уходит; князь вслед ему.) Вы где потеряли
руку?
На острове низком, за крепкой оградой,
Омытой волнами Невы,
Во граде Петровом, давно уже ставшем
Столицею после Москвы,
Под сенью соборного храма, в могиле,
Среди тишины гробовой.
Лежит
государь, император России,
Сраженный злодейской
рукой.
Сожжен, искалечен ужасным снарядом,
Лежит его царственный прах
С улыбкою горькой немого укора
На полуотверстых устах…
Полковник Варнавинцев пал на поле сражения. Когда его, с оторванной
рукой и раздробленным плечом, истекающего кровью, несли на перевязочный пункт, он в агонии бормотал: «Лидочка…
государь… Лидочка… господи!»
— Царь милостив ко всем, — сказал он с притворным смирением, — и меня жалует не по заслугам. Не мне судить о делах государских, не мне царю указывать. А опричнину понять нетрудно: вся земля государева, все мы под его высокою
рукою; что возьмет
государь на свой обиход, то и его, а что нам оставит, то наше; кому велит быть около себя, те к нему близко, а кому не велит, те далеко. Вот и вся опричнина.
Тогда сокольничий подал царю богатую рукавицу, всю испещренную золотыми притчами, и, приняв кречета от подсокольничего, посадил его
государю на
руку.
— Не взыщи, великий
государь, за его простоту. Он в речах глуп, а на деле парень добрый. Он своими
руками царевича Маметкула полонил.
Но до сих пор ему все с
рук сходило; жалеет его
государь.
Годунов, посланный вперед приготовить
государю торжественный прием, исполнив свое поручение, сидел у себя в брусяной избе, облокотясь на дубовый стол, подперши
рукою голову. Он размышлял о случившемся в эти последние дни, о казни, от которой удалось ему уклониться, о загадочном нраве грозного царя и о способах сохранить его милость, не участвуя в делах опричнины, как вошедший слуга доложил, что у крыльца дожидается князь Никита Романович Серебряный.